Загрузка...
Шрифт

Утро без рассвета. Сахалин

Страница 13

Через час с небольшим они приехали на участок, где работа шла вовсю.

Следователь спросил у тракториста, где найти бригадира. Парень удивленно глянул на Ярового и ответил:

— Иди на голос бензопилы. Не ошибешься.

…Старые клячи, понуро повесив головы, тащили хлысты. Бока, глаза, даже ноздри лошадей облепила мошкара. Сгонять ее не было ни сил, ни времени. Лошади едва переставляли ноги. Их погоняли молодые парни. Покрикивали. И Яровой, пропустив их, пошел на голос бензопилы.

Вот послышалось падение дерева. Гулкое эхо подхватило его и, крикнув на всю тайгу, словно отчиталось небу за погубленную жизнь. На минуту стало тихо. Но вот снова взвыла бензопила. Заскрипела по дереву зубами. Яровой шел напрямик.

Муху он увидел сразу. Тот пилил дерево, слегка нагнувшись. Он стоял спиной к Яровому, не видел его приближения. Из-за воя пилы не услышал шагов.

Следователь едва успел отскочить. Береза упала совсем рядом.

— Куда прешься? Иль не видишь, что пришибить могло? — вышел из-за дерева грузный, бородатый мужик с топором в руке.

Яровой не удостоил его ответом. Внимательно наблюдал за Сенькой.

— Чего лазишь здесь? — подошел тот же мужик.

— Нужно, вот и хожу. Вы что же, всех приезжих так встречаете — валите деревья не глядя, куда они падают? — попытался отшутиться Яровой.

— С газеты, что ль? «Солнце всходит и заходит?»

— Нет, не из газеты.

— Лягавый?

— Послушай, а почему ты мне задаешь вопросы? — удивился Яровой тону и наглой улыбке мужика.

— На участок посторонним приходить запрещено.

— Вот и говори об этом с посторонними!

— А ты кто ж будешь?

Но ответа мужик не услышал. Громадная ель опустилась макушкой на его голову. Ударила больно. Лишила сознания. Выбила из рук топор и прикрыла лапами, словно заживо похоронила.

Яровой поднял топор, быстро обрубил верхушку, оттащил ее в сторону и начал приводить в сознание мужика. Он не заметил, как внезапно умолкла бензопила, не услышал шагов. Муха подскочил испуганно, отстранил руки Ярового, внимательно оглядел мужика. Тот вскоре открыл глаза.

— Что с тобой? — наклонился к нему Сенька.

— Ты огладил. Деревом. Я вот тут с этим затрепался, ну и забыл.

Сенька оглянулся на Ярового, нахмурился. Встретился с

изучающими, спокойными глазами человека.

— Какого хрена надо?! — заорал бригадир.

— Ты и с Николаем так говорил? — спросил следователь.

— С каким еще Николаем?

— На Карагинском?

Лицо Сеньки вдруг посерело, исказилось в жуткой гримасе.

— Ты его знал? Но я не виноват. Волки его порвали, — сказал он тихо, и, обтерев рукой вспотевший лоб, опустил плечи. — Прости, браток, кто ж знал, что ты его друг. Не обижайся. Тебе — он дорог. А мне — свой, — указал он на мужика, потиравшего ушибы.

— Поговорить надо мне с тобой! — прервал его следователь.

— Говори.

— С глазу на глаз!

— Угрожать, выпытывать будешь? Так я не виноват в его смерти! — заорал Муха.

— Я не за тем. О нем все знаю. И без тебя!

— Ну так что нужно? — Семен бледнел.

— Я жду тебя после работы, Муха! Жду в будке. Слышишь? Сенька сверкнул глазами зло.

— А пошел ты…

АЛИБИ

Яровой представился. Внимательно следил за лицом бригадира. Тот на минуту сник. Потом взял себя в руки:

— Закончу работу, приду.

Пришел он в будку, когда совсем стемнело. Умылся. Поел. И, подойдя к Яровому, спросил:

— Ждешь? А говорить где будем? Здесь?

— Да, здесь.

Сенька повернулся к мужикам-лесорубам.

— Выметайтесь все на пару часов! Мужики послушно покинули будку.

— Ты не догадываешься, почему я здесь у тебя? Что могло привести меня из Армении к тебе, на Сахалин?

— Откуда мне знать, какие у вас дела, — насупился Муха.

— Скажи-ка мне, сколько тебе до конца поселения осталось?

— Вы это не хуже меня знаете, — буркнул Сеня.

— Знаю. Верно.

— А зачем спрашиваете?

— Куда собираешься после освобождения?

— На материк, куда же еще?

— Зовут кенты назад?

— Нету больше кентов. Всех переловили.

— Так и переловили? А кто ж тогда Скальпа убил? — следователь внимательно следил за Мухой. Лицо того оставалось спокойным, даже невозмутимым. Но пальцы, ухватившие край стола, внезапно побелели.

— А я тут при чем? Убили — так убили. Значит, мешал кому-то, — пробурчал поселенец.

— Больших счетов, чем у тебя с ним, вряд ли у кого было. Ведь тебя он…

— Не только мне. Всем. «Сука» он

был! Не за это убить ты его хотел. Калекой тебя из-за него кенты оставили.

Сенька заерзал. В глазах от злобы потемнело.

— Не меня одного… Дракона вон тоже…

— Егор Авангарда не убивал, — вставил Яровой.

— А вы почему знаете?

— Иначе я не сидел бы с тобой здесь!

— Что ж, по-вашему я его убил?

— Я не утверждаю. Я расследую. Все обстоятельства дела.

— Так я отсюда никуда не выезжал.

— Это я уже слышал. Не стоит повторять.

— А как же я мог убить, не выезжая отсюда? — осмелел поселенец.

— Вот это меня и интересует.

— Расследуйте. Мне какое дело.

— С Клещом часто видишься?

— Ни разу.

Аркадий подметил, что Сенька не удивился, не стал задавать вопросов. Значит, знал о Бенине, о том, что тот работает рядом. А ведь много лет на Чукотке сидели вместе. И не поинтересовался. А многое связывало. Молчит. Значит, виделся. Но скрывает. Видимо, есть что скрывать.

— А ты знаешь, что он работает рядом с тобой? — спросил Яровой.

— Какое мне дело.

  ПредыдущаяСледующая
дизайн сайта
ARTPIXE
rubooks.org