загрузка...
Оценить
Шрифт

Сватовство (The Matchmakers)

12345...24
Страница 2

— Кейн, — сказала Сэм, — перестань вот так на меня смотреть и расскажи мне все. Расскажи, что тебя беспокоит.

Он не мог сказать ей правду, поэтому рассказал о телефонном разговоре с матерью.

— И что ты собираешься делать? — спросила Сэм.

Кейн не предполагал принимать приглашение матери, но внезапно мысль о двух неделях в горах наедине с четырьмя женщинами понравилась ему. Если это женщины из Нью-Йорка, они боятся широких просторов, голосов в ночи, и они всегда влюбляются в своего гида-ковбоя. Вид мужчины в клетчатой рубашке, тесных джинсах и обутого в пару ковбойских сапог производит на нью-йоркскую женщину огромное впечатление. Еще немного и… она твоя. Передвинь ее ногу на лошади, и она, возможно, упадет в обморок.

Когда Кейн допивал пиво, он уже улыбался. Может быть, будет приятно встретить восхищенный женский взгляд, устремленный на тебя. Вот Саманта глядела на Майка так, как будто он был богом на Олимпе, а его собственные сыновья глядели на Сэм с таким обожанием, как будто она была единственной матерью, которая у них когда-нибудь была.

— Может, поедешь?

— Может быть, — сказал Кейн, поднимаясь. — Выпью еще пива. Принести тебе что-нибудь?

— На счетчике в кухне есть факс от Пэт. В нем все сказано об этих четырех женщинах, собирающихся в поездку. — Она позвонила мне и сказала, что надеется, что ты изменишь свое мнение. Кейн, одна из женщин вдова. Три года назад в автокатастрофе погиб ее муж, у нее самой был выкидыш.

Придя на кухню, Кейн достал факс и прочитал его. Имя вдовы было Руфь Эдварде, мать сумела разыскать и ее фото. Даже судя по плохому отпечатку, можно было сказать, что она красивая, высокая, с длинными ногами и такая же темноволосая, какой была его любимая жена.

Кейн быстро прочитал о других трех женщинах. Одна была ассистентом парикмахера, другая имела метафизический магазинчик в Вилэндже, а четвертая была хорошенькая блондинка невысокого роста, чье имя казалось смутно знакомым.

— Она пишет детективные романы про убийства, — сказала Сэм из-за его плеча. Она стояла так близко, что ее живот касался его.

— Что-нибудь читала?

— Все. Они продаются через минуту после того, как я поставлю их на стенды.

— Кстати о писателях… Когда появится книга Майка?

— Наша книга, — сказала она с ударением, зная, что Кейн ее поддразнивает, — должна выйти через шесть месяцев. — Она говорила о биографии, которую писали она и Майк: «Хирург», автор Элиот Таггерт. Псевдоним был составлен из ее девической фамилии и фамилии Майка. — Ну? — спросила она нетерпеливо. — Собираешься?

— Подержишь еще мальчишек у себя?

Вопрос был риторический, и они это знали.

— Я буду присматривать за ними хоть целую вечность.

— Вот именно поэтому я и думаю съездить отметиться у этих маминых дам.

Глаза Сэм сверкнули.

— Пэт выслала за тобой семейный самолет. Он уже вылетел из Дэнвера. Завтра в восемь утра он тебя заберет.

Кейн не знал, смеяться или хмуриться. В конце концов он сделал и то, и другое, потом обнял Сэм за плечи и поцеловал в щеку.

— Неужели я так одинок, как вам, женщинам, кажется?

«Еще больше», — подумала Сэм, но ничего не ответила. Она была рада, что он побудет среди людей.

ГЛАВА ВТОРАЯ

Знаете, что вам гарантирует, что мужчина обязательно вас покинет? Нет, не насмешки над ним, когда он пребывает в муках страсти. Скажите только мужчине, что вы зарабатываете больше денег, чем он, и вы расстанетесь с ним навсегда.

Видимо, мужчины думают: «Хорошо, что эта немного взбалмошная, безмозглая маленькая дама унаследовала миллионы. В конце концов, некоторые мужчины тоже такие деньги зарабатывают». Но мужчины не хотят даже слышать, что женщина заработала за последний год один миллион четыреста тысяч долларов, и более того — управляет миллионами, пользуясь своим крошечным умишком, без всякой помощи какого-либо мужчины.

Пять лет назад, когда мне было двадцать пять лет, я занималась нужной изматывающей работой — лучше о ней сказать меньше, чем больше, и проживала в скучном неведомом городишке на Среднем Западе, о котором хочется сказать меньше, чем ничего. Всегда, сколько себя помню, чтобы чем-то себя занять и удержать ум от стагнации, я рассказывала себе истории. Я знаю, меня отделяло от полного распада личности всего четверть дюйма, но я постигла еще в раннем возрасте: или держись подальше от всего, или вообще потеряешь рассудок. Во все времена мой отец пугался собственной тени и требовал от семьи абсолютного повиновения. Я должна была носить то, что он приказывал, есть то, что, по его мнению, я должна есть, любить то, что он предписывал, и даже двигаться по его правилам. Пока мне не исполнилось восемнадцать, он контролировал каждую минуту моей жизни. Но еще до этого я обнаружила, что нельзя контролировать единственную часть моего существа — мой ум. Меня могли силой заставить носить голубое, когда я хотела надеть красное. Я вынуждена была отказываться от имбирного пива, потому что старик ненавидел имбирный эль, но я была свободна в своих мыслях. В них я делала что хотела, шла туда, куда хотела, говорила нечто умное и за беседу вознаграждалась. Надо сказать, мой отец имел обыкновение «затыкать» людям рты, заставляя всякого держать свои мысли при себе.

Когда мне исполнилось двадцать пять, я жила в нескольких милях от родителей, напрягая все силы, чтобы собрать достаточно денег на билет куда-нибудь в одну сторону. Тогда я записала одну из моих историй на бумаге. Это была история убийства, а убийцей была молодая женщина, которая расправляется со своим тираном-отцом. После того как я это написала, я подумала: чем черт не шутит? — и послала рукопись в издательство, даже не надеясь, что они ее примут. Но, как ни странно, через двадцать один день я получила письмо, в котором просили разрешения опубликовать мою книгу и прислать мне кучу денег. Из чего я сделала вывод, что множество людей не выносят отцов и мужей. Вот повезло! Эти люди полны желания платить мне, чтобы я продолжала делать то, чем любила заниматься всю жизнь.

Загрузка...
  ПредыдущаяСледующая
дизайн сайта
ARTPIXE
rubooks.org