Загрузка...
Оценить
Шрифт

Здесь мое сердце

Страница 9

4

Дороти Галанаки днем обычно пила чай в узорчатой беседке у большого фонтана. Это было одной из ее устоявшихся привычек. Звук льющейся, мелодично журчащей воды приятно успокаивал слух. В это время суток с моря дул легкий освежающий бриз, сглаживая удушливую дневную жару. Дороти нравилось перекусывать на воздухе. Глядя вдаль, она не уставала наслаждаться прекрасным видом, открывавшимся вокруг. Можно было до бесконечности любоваться шумящими вдалеке деревьями, наблюдать за игрой света и тени и упиваться чувством причастности к этому замечательному миру, ощущая гармонию с ним. Просыпаясь по утрам, она радовалась, что все еще жива, хотя ей уже оставалось совсем немного, не то, что девушке, сидящей напротив нее.

Глория Прайс…

Она так же не схожа с Ритой и Эдной внешностью, как и характером. Лишь одно качество, которым, кстати, так восхищалась Дороти всю свою жизнь, объединяло ее с женами старших внуков, — внутренняя сила духа, позволявшая принимать правильные решения в сложных жизненных ситуациях и следовать этим решениям до конца. Читая книгу об отце Глории, Дороти многое поняла и в ней самой, с детства несшей на своих плечах ответственность, которая по силам лишь взрослому человеку. Хотя эта потеря принесла девушке много страданий, таких же мучительных и незабываемых, какие выпали на долю самой Дороти.

Последние два часа, проведенные в библиотеке, когда она по семейным фотографиям вспоминала годы Второй Мировой войны, совершеннейшим образом истощили ее.

В этой ужасной войне она потеряла как своего мужа, так и единственного брата. Сваливались на ее семью и другие беды, связанные с теми тяжелыми временами. Многие португальские эмигранты в Греции, среди которых оказалось немало их друзей и родственников, были интернированы. К сожалению, они вовремя не приняли гражданства этой страны, подобно тому, как поступили ее родители.

Отец Дороти делал все, что мог, чтобы хоть как-то облегчить существование членов португальской общины. Он пошел на заключение договора с правительством, предложив землю, которой владел, под лагерь для своих бывших соотечественников. Ему даже удалось уговорить владельца крупного лесничества снабдить его саженцами и растениями, чтобы создать парк. Это помогло занять людей работой, которая скрасила бесцельное заточение, и было выгодно для всех.

— После войны ты, Дороти, и Томас сможете обустроить здесь свое жилье, — сказал ей тогда отец.

Томас не вернулся с войны, и Галанакис-парк, как он стал потом называться, так и не превратился в прибежище ее души… Слишком много грустных воспоминаний связывало ее с ним. Теперь этот земельный участок принадлежал Николасу. Дороти с тех давних пор так ни разу и не побывала там… Эти живые струны, связывающие ее прошлое с настоящим, вздрогнули в какой-то момент и снова переключили мысли Дороти на молодую девушку, которая уже три недели проводила с ней почти все дни. За это время у гостьи произошла лишь одна встреча с Николасом. Жаль, что Дороти не видела все своими глазами.

Возможно, и смотреть-то было не на что. Красота, которую она сразу заметила и оценила в Глории, могла не произвести впечатления на Николаса. Во всяком случае, внук не предпринял ни одной попытки продолжить знакомство с девушкой. Глория тоже ничем не выказывала свою заинтересованность.

Таким образом, Дороти пришлось смириться с действительностью. Нельзя приказать людям испытывать чувства друг к другу помимо их воли. Как химические процессы, происходящие в организме, предопределялись природой, так и зарождение любви подчинялось неведомым законам жизни. И ничье, даже очень сильное постороннее вмешательство не могло соединить чужие сердца и души.

Однако во всем этом деле была одна любопытная деталь. Глория, собрала обширную информацию о семейных владениях Галанакисов, использовав большинство туров Николаса. Но она все еще не посетила тех мест, где почти наверняка снова встретилась бы с ее младшим внуком. Этому мог способствовать единственный тур, наиболее тесно связанный с семейной историей. И было непонятно, почему до сих пор Глория так упорно откладывала его.

После длительных размышлений Дороти склонна была подозревать, что это не случайное совпадение. Такая нерешительность могла обозначать только одно. Николас каким-то образом заставил Глорию чувствовать себя рядом с ним не в своей тарелке. Почему у него вдруг возникла такая нелицеприятная реакция на совершенно незнакомую девушку? И каким образом этот паршивец умудрился ее обидеть, встретив всего раз в жизни?

Странно, у Николаса был веселый, жизнерадостный характер. Он всегда был заводилой в компании друзей. Слишком импульсивный, этот парень, однако, с легкостью обуздывал свою страстность, никого не обременяя ею, хотя увлечения захватывали его так же глубоко, как и старших братьев. Ум и доброжелательность позволили ему прочно занять свою индивидуальную нишу в величественной скале семейных добродетелей.

Дионис был во всем основателен, эдакий столп ответственности и рациональности Галанакисов.

Яннис — буквально во всем свирепый соперник братьев, полагающийся исключительно на свою мощь и частенько идущий напролом там, где не помешали бы терпение и предусмотрительность.

А Николас напоминал ловкого грациозного танцора, лавирующего между ними двумя и делающего вид, что легкомысленно игнорирует неминуемые трудности. Но на самом деле его ответственности с избытком хватило бы на всех троих. Просто, он все это выражал по-своему.

Загрузка...
  ПредыдущаяСледующая
rubooks.net